УДИВИТЕЛЬНЫЕ ДЕРЕВЬЯ МИДГАРДА

УДИВИТЕЛЬНЫЕ ДЕРЕВЬЯ МИДГАРДА
Дуб с прадавних времен был у славян священным деревом — царем лесов. Дуб по праву занимает первое место в славянском дендрарии. Русские называли его Царь Дуб, и, согласно поверьям, на нем обитал царь птиц орел. Бог-отец выступал под именем или в форме именно дуба. В народных представлениях дуб выступает как символ мужского начала, главенства, силы, мощи, твердости. Не случайно в заговорах его постоянные эпитеты – «железный» или «булатный», а в пословице о нем говорится: «За один раз дуба не свалишь». О крепких сильных мужчинах говорят: крепкий как дуб (дубочек).
Славяне среди других деревьев особо выделяли и почитали дуб. Возможно, поначалу вообще все деревья они называли словом «дуб». Не случайно происходящие от него слова «дубинушка», «дубина» относятся не только к дубовой палице.
Дуб почитался как божество. К его подножию приносились жертвы. Из дубового дерева тесали идолов. И огонь на капище можно было «подкармливать» лишь дубовыми дровами. В народе дуб считался связанным незримыми нитями с верховным божеством Перуном. Ведь это дерево словно притягивало к себе молнии. И сегодня в грозу не стоит укрываться под дубом – опасно. Это отголоски основного мифа восточных славян о поединке Перуна с противником, который прячется под дубом. У славян существовал запрет выращивать дуб около дома, так как, по поверьям, гром в первую очередь бьет в дуб.
Преимущественно к дубу относили наши предки и придание о мировом древе. Именно так выглядит дуб в русском заговоре: «…Есть святое Акиян море, на том море остров, на том острову стоит дуб, от земли до небес, от востоку и до западу, от молода месяца и до ветху…»
Вера и поклонение дубу продолжались так долго, что уж после принятия Русью христианства под страхом церковного суда запрещалось «перед дубом молебни Пети». Ведь как боги решали судьбы всего мира и людей в частности, под мировым древом сидя, так и творили суд под могучими дубами, веря, что приговоры, изреченные здесь, освящены божеством. Существовали целые заповедные священные дубовые рощи. Зайти в такую гуляючи, а тем более сорвать с дерева ветку считалось кощунством. За это волхвы-жрецы могли осудить «святотатца» даже на смерть.
Повсеместно запрещалось рубить священные дубы. Полагали, что любая попытка нанести им ущерб (спилить, сломать ветку, ободрать кору и даже использовать его сушняк на дрова) обернется несчастьем для человека или для всех живущих поблизости. Белорусы верили, что если начать рубить старый дуб, то из-под топора появится кровь – дерево заплачет кровавыми слезами.
Hа кyльтовyю pоль дyба yказывают и аpхеологические находки: в 1975 годy со дна Днепpа подняли дpевний дyб, в свол котоpого было вставлено 9 кабаньих челюстей. В 1910 годy подобный дyб извлекли со дна Десны. Видимо, эти деpевья использовались пpи совеpшении жеpтвопpиношений.
Дубовые рощи были святилищами под открытым небом.
В христианство почитание дуба, как и многие другие языческие верования, вошло как символ почитания Христа и Девы Марии. Дуб наравне с осиной был одним из нескольких видов деревьев, из которых, как считалось, мог быть сделан крест Господень. Из-за своей твердости и выносливости дуб стал символом силы веры и добродетели, а также стойкости христиан перед напастями.
В русском апокрифе говорилось о том, как Иуда хотел повеситься на дубе, но «Божьим повелением преклонился дуб и сохранен бысть».
В болгарской легенде рассказывалось о том, как дубовая роща спрятала Бога, убегавшего от Чумы; в благодарность за это Бог сделал так, чтобы листья с дуба опадали лишь поздней осенью.
В верованиях, практической магии и фольклоре дуб последовательно выступает как мужской символ. В приметах и запретах дуб сопоставляется с хозяином дома, главой семьи. Так, например, известно нижегородское выражение «С дубу – кора!» - означающее приказ мужа, чтобы жена раздела его, сняла сапоги. Воду после купания новорожденного мальчика выливают под дуб; когда невесту вводят в дом мужа, она первой входит туда и говорит про себя: «Около двора дубочки, а в дом — сыночки», если хочет, чтобы у нее рождались мальчики. На Витебщине повитуха обрезала мальчику пуповину на дубовой плахе, чтобы он вырос крепким.
В Тверской губернии вплоть до начала XX века существовал такой обычай: как только на свет появлялся мальчик, его отец отправлялся в лес и рубил несколько дубов, бревна из которых затем относили к реке и погружали в воду. Там они оставались до тех пор, пока сын не вырастал. Когда он намеревался жениться, дубовые бревна, превратившиеся уже в мореное дерево, столь крепкое, что его невозможно было рубить топором, доставали из воды и использовали как основание дома для новой семьи.
Жители Полесья считали недопустимым, чтобы около жилища рос дуб: здесь верили, что если рядом с домом есть это дерево, то в хате не будет хозяина. Полещуки были убеждены, что если такое случится, то, как только дуб достигнет размеров, позволяющих сделать из него надгробный крест, хозяин дома сразу умрет. По местным поверьям, дуб, находящийся близ жилища, вообще «выживает» из него мужчин.
Дуб (как и дерево вообще) моделировал рождение и рост ребенка (обычай сажать дерево при рождении младенца) Иногда дуб сажал и сам ребенок, тогда по его росту и развитию судили о здоровье ребенка: «Как посадит хлопец около хаты дуб меньше себя, да перерастет дуб хлопца – здоровым будет хлопец, дуб не растет – заболеет хлопец».
У восточных славян известен запрет выращивать дубы из желудей: считалось, что человек, посадивший желудь, умрет, как только дерево сравняется с ним ростом. Известна роль дуба и в венчальных обрядах. В Воpонежской гyбернии пользовался yважением дpевний обычай; выйдя из цеpкви после венчания, молодые напpавлялись к дубу и тpижды объезжали вокpyг.
Крепость дуба обусловила широкое применение его в погребальной обрядности: издавна из него изготавливали гробы, в прежние времена представлявшие собой выдолбленную колоду, и намогильные кресты. Это прослеживается в бытующих в современном языке словах и устойчивых сочетаниях слов, обозначающих переход в иной мир: «глядеть в дуб» - умирать, «дать дуба», «одубеть» - умереть.В русских загадках смерть загадывается чаще всего через образ дуба:
На рубеже татарском
Стоит дуб веретяский,
Никто не обойдет, не объедет:
Ни царь, ни царица, Ни красная девица.
Свойства дуба учитывались в народной лечебной практике. В заговорах от самых страшных болезней образ дуба – один из наиболее часто встречающихся. К нему не только обращались в заговорах, но и использовали дубовые деревья в самом лечении.
Если у человека болит спина, хорошо при первом весеннем громе прислониться к дубовому стволу. Известен восточнославянский обычай, затыкать за пояс на спине дубовую ветку, чтобы спина не болела во время жатвы, и др. Поляки вешали на рога коровам дубовые венки, чтобы коровы были сильными и чтобы рога не ломались при бодании.
В народной медицине южных славян популярным способом лечения детских болезней, а также способом прекращения детской смертности в семье был обычай закладывать в ствол дуба отрезанные волосы и ногти больного ребенка или нитку, которой предварительно измеряли ребенка, а затем забивать это отверстие колышком: когда ребенок перерастет это отверстие, болезнь оставит его.
Дуб служил объектом, на который символически переносили болезни. Белорусы выливали под молодой дуб воду, в которой мыли чахоточного больного; поляки при нарывах во рту плевали в отверстие, выкопанное под дубом; украинцы, поляки, чехи, мораване оставляли на дуб одежду больного; болгары, сербы и македонцы посещали почитаемые дубы и привязывали к их ветвям ленточки и нитки из одежды. Украинцы вешали на дубы полотенца, мотки ниток в качестве обета.
Чтобы унять зубную боль, надо кусать больным зубом дубовую щепочку.
А еще лучше отыскать в лесу старый дуб, рядом с которым пробиваются из-под земли родники, содрать с ветки кору и вымочить ее в родниковой воде. Если носить такой оберег в ладанке, зубы и вовсе никогда не потревожат.
Больного ребенка можно вылечить, если расщепить в лесу ствол молодого дубка и протащить три раза малыша между расщепами. А потом связать ствол веревкой или кушаком.
Можно еще трижды девять раз обойти с младенцем вокруг дерева, а затем на его ветви повесить лоскут от детской одежды. Как истлеет оставленная ткань, так и хворь покинет. От этого обряда и возникла впоследствии традиция украшать деревья тряпочками и ленточками, которые стали восприниматься как жертвы лесным духам.
Дубы считались местом обитания мифологических персонажей. Например, по верованиям восточных славян, на гигантские дубы слетались в купальскую ночь ведьмы. У южных славян большие дубы, вязы и буки назывались «самовилскими», или «самодивскими» (на них собирались самодивы, вилы, черти).
У Лукоморья дуб зеленый
Златая цепь на дубе том
И днем и ночью кот ученый
Все ходит по цепи кругом
Идет напрво - песнь заводит.
Налево - сказку говорит.
Там чудеса, там леший бродит,
Русалка на ветвях сидит.

Рассказывает А.С. Пушкин.
Наличие у дуба плодов сближает его магические свойства с магическими свойствами плодовых деревьев. Так, обряды против бесплодия совершаются обычно под плодовыми деревьями, но иногда и под дубом.
Дубовые ветви использовали в качестве оберега, втыкая их в окна и двери домов перед купальской ночью.
Славяне делали из дубовой коры ладанки.
Древние мудрецы предсказывали судьбу, вслушиваясь в шорох ветвей дуба.
В любовной магии с целью свести парня и девушку использовали отвар, настоянный на щепках дуба и березы, отколотых в том месте, где эти деревья срослись.
Также использовался приворот на дубе. Связывали между собой дуб и березку. Завязав завязку, говорили: « Как я вас повязала вместе, так я повязана навечно с рабом Божьим (имя). Аминь». Затем уходили, не оглядываясь, и на это место больше не приходили.